Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:22 

Команда Настоящего: День шестой, "Близкие друзья", авторский текст

Команда Настоящего
Больше, чем настоящее
Название: Очередная попытка
Автор: Команда Настоящего
Бета: Команда Настоящего и анонимный доброжелатель

Размер: миди, 5323 слова
Пейринг/Персонажи: Джаред/Дженсен
Категория: слэш
Жанр: юст, драма, романс
Рейтинг: R—NC-17
Дисклаймер: Все отношения между героями настоящие. Больше, чем настоящие.
Саммари: Джаред безнадежно влюблен в Дженсена уже столько лет, что не верит в возможность хоть каких-то перемен, но…
Примечания: Фактически открытый финал.
Скачать: docx

Джаред медленно ехал по дороге, наслаждаясь прохладным вечером. Ветер бил в лицо, и думать ни о чем не хотелось. Завтра пятница, а после выходные, которые он собирался провести вместе с Фрэнком. Они познакомились четыре месяца назад, быстро начали встречаться, и сейчас Джаред мог сказать, что он, в принципе, счастлив. Появлению новых ощущений способствовало и то, что в последний раз он видел Дженсена ровно год назад. Они переписывались, созванивались, но встреча все время откладывалась. Джаред часто бывал занят на работе в выходные, а Дженсен вел семейную жизнь и тоже далеко не всегда мог выбраться. Конечно, Джаред скучал по другу, однако в глубине души радовался, что у них нет возможности видеться. На расстоянии чувства немного, но притуплялись, хотя он всё равно был уверен в том, что стоит ему только увидеть Дженсена, как всё обрушится с новой силой. А любить безответно и постоянно чувствовать пронизывающее насквозь отчаяние он устал. Поэтому и не настаивал на встрече.

— Дженсен, давай, станцуй, она оценит, — друзья подначивали парня, который и так не очень сопротивлялся происходящему после всего выпитого на вечеринке.
Тот помялся несколько секунд, но потом решительно вышел на середину комнаты и встал напротив дивана, где сидела Джессика — главная звезда их школы. Он положил руки на бедра и бросил быстрый взгляд на Джареда, который вытянул руки с поднятыми большими пальцами. Они обменялись понимающими улыбками, Дженсен отвернулся, попросил включить музыку погромче и начал медленно раздеваться.
Если бы Джаред тогда знал, чем всё закончится, он бы сразу ушел оттуда, и, возможно, не случилось бы всей этой безнадежной истории. Наверное, виновато было количество алкоголя, но он смотрел, как танцует Дженсен, как плавно двигаются его бедра, и ощущал непонятно откуда взявшуюся эрекцию. Это пугало, он никогда не думал о Дженсене в таком ключе, но уже не мог сбежать в другую комнату и остановить все это. Дженсен двигался в такт музыке, раздевался, и кровь сама по себе закипала от взглядов, которые тот то и дело бросал на него. Джаред честно пытался реагировать как все — улюлюкал, хлопал в ладоши, выкрикивал какие-то похабности. Это не помогало, и когда Джессика встала и взасос поцеловала полуголого Дженсена, его накрыло такой удушающей волной ревности, что он с трудом удержался от того, чтобы не пойти и не испортить такой важный для друга момент. Вместо этого он лишь взял еще бутылку и вышел на кухню.

Этой ночью Джаред так и не смог заснуть. Возбуждение вновь усилилось, и он знал, что следует принять прохладный душ, что не надо усугублять ситуацию, но, видимо, сегодня был самый неправильный день его жизни. Он погладил себя сквозь домашние брюки, и подсознание само начало выдавать образы — их с Дженсеном объятия, как на обратном пути тот прижимал к себе Джессику, но плечом все равно касался плетущегося рядом Джареда. Он кончил буквально спустя минуту, практически ненавидя себя за то, что представлял в этот момент полуголого Дженсена.
С этого всё и началось. И вылилось в десятилетнюю историю любви. Большей своей частью безответную.

Они лежали на веранде и молча смотрели вдаль. Джаред обожал времяпрепровождение, когда можно было безнаказанно касаться Дженсена и чувствовать тепло ответных прикосновений.
Они всю жизнь были вместе: взрослели, обсуждали первые влюбленности, помогали друг другу, прикрывали перед родителями. Считали себя братьями. Дженсен, наверное, и сейчас так думал, но Джаред вот уже два года не мог относиться к нему по-прежнему.
— О чем задумался? — Дженсен перевернулся набок и испытующе посмотрел на Джареда
— Да ни о чем, — Джаред тоже повернулся, в очередной раз завороженно рассматривая Дженсена. Сдерживаться с каждой встречей было всё труднее, ему невыносимо хотелось коснуться друга, поцеловать. Почувствовать вкус его кожи.
— А чего тогда так странно смотришь? — настороженно спросил тот, и Джаред хотел ответить что-то привычно шутливое, но Дженсен внезапно посмотрел на его губы, и тело прошило дрожью. Он изредка замечал такие взгляды друга, но не придавал им значения, понимая, что ему все равно ничего не светит. Но сегодня, видимо, был очередной неправильный день, потому что Джареду внезапно очень захотелось… попытаться. Он глубоко вдохнул, легко коснулся губ Дженсена своими и быстро отпрянул, жутко испугавшись.
Некоторое время они просто молча смотрели друг на друга. Потом Дженсен медленно приподнялся и, явно подбирая слова, пробормотал:
— Ты всерьез сейчас, да?
Джаред понимал, что сейчас самое время сказать, что это была неудачная шутка, и пусть в это никто не поверит, но в любом случае между ними снова ничего не будет стоять, а неловкость рано или поздно исчезнет. Но, видимо, сегодня точно был странный день, потому что он тяжело вздохнул и, продолжая смотреть в пустоту, произнес:
— Да. Я люблю тебя уже больше года.
Он почувствовал, как вздрогнул Дженсен, и снова решил попытаться сделать вид, что это был розыгрыш, чтобы не осложнять никому жизнь. Он уже собрался с мыслями, чтобы выдавить из себя привычную улыбку, когда Дженсен произнес:
— С той вечеринки, да?
Его голос прозвучал глухо, а Джаред уже точно не мог контролировать свой, поэтому просто кивнул. Он не видел, каким может быть продолжение разговора, и честно надеялся, что Дженсен не обидится, а хотя бы просто ударит или предложит забыть. Лишь бы не потерять его.
Дженсен некоторое время просто молча смотрел на него, а потом вдруг рассмеялся.
— Все-таки не зря мы дружим, та вечеринка и правда была какой-то… — тут Дженсен внезапно прервался, словно решив не говорить чего-то. Джаред не понимал чего, но он вообще уже с трудом осознавал происходящее. Он лишь счастливо осознавал, что Дженсен его не бросит. А еще жутко хотелось снова прикоснуться.
— Можно я тебя еще раз поцелую? — он, наверное, даже перестал дышать, не зная, чего ожидать. Дженсен молчал какое-то время, а потом положил руку ему на плечо и тихо произнес:
— Дай мне немного времени, пожалуйста. Мне надо… разобраться.
— Конечно, — просто ответил Джаред, ощущая странную смесь разочарования и радости. Конечно, в глубине души он надеялся, что Дженсен сразу же ответит ему взаимностью, но и случившееся было больше того, на что Джаред вообще смел рассчитывать. И самое главное — они не поссорились.
Следующие несколько дней были, наверное, самыми лучшими в жизни Джареда. Они как обычно проводили вместе всё время, но теперь их отношения стали интимнее. От поцелуев Дженсен старательно уклонялся, однако разрешал себя обнимать, иногда сам брал Джареда за руку. Что-то приближалось, и Джаред старался не думать о ставшем настолько близким счастье, чтобы не сглазить. Но, видимо, всё-таки сглазил, потому что через неделю всё рухнуло.
Они пошли гулять, и Джаред каждую секунду ощущал, что Дженсена что-то тревожит. Он не знал, как подступиться к разговору, поэтому просто обнял друга за шею и попытался притянуть к себе, понимая, что молчание Дженсена точно связано с их недоотношениями.
Но он совсем не ожидал, что Дженсен оттолкнет его.
— Джаред, давай останемся друзьями? Ты занимаешь самое важное место в моей жизни, и я не хочу это портить ложью. Я не люблю тебя. Извини.
Джареду показалось, что мир в одночасье рухнул, и, наверное, от слез его спасло только обреченное ощущение, что иначе и быть не могло. На что он вообще мог рассчитывать?
— Что-то случилось? — ему уже не было интересно, но надо же было как-то продолжить диалог, разобраться в происходящем. Все-таки Дженсен целую неделю не отталкивал его.
— Ничего не случилось. Мне ничего не нужно от тебя, кроме дружбы, — уверенно произнес Дженсен, и, наверное, именно поэтому Джареду показалось, что тот что-то недоговаривает.
— Если надо, я могу дать ещё время. Я тебя люблю, — на самом деле Джаред с трудом понимал, как у него получается говорить, потому что ощущал он себя так, как будто грохнется сейчас в обморок. Или умрет вообще, впрочем, этому он бы только обрадовался.
— Ты мне тоже нужен, но только как друг. Если это тебя теперь не устраивает — я не знаю, что делать, потому что больше я тебе ничего дать не могу. — Дженсен говорил так сухо, что Джареду сквозь обволакивающий сознание туман казалось, что есть другая причина. Не мог Дженсен, его лучший друг, с которым они вместе с самого детства, говорить подобное таким безразличным тоном. Он же знал его и четко осознавал, что этот диалог должен проходить совсем по-другому.
— Мне кажется, ты что-то скрываешь.
— Я всё сказал, Джаред, — Дженсен развернулся и быстро пошёл по дороге.
Джаред не стал его догонять, сил не было, он еле-еле добрел до дома, лег в кровать и проспал почти сутки. Потом пошёл к Дженсену и согласился на дружбу, понимая, что если сейчас он будет давить, то сделает только хуже. Через некоторое время их близость восстановилась, неловкость практически исчезла, Дженсен снова стал по-дружески обнимать его, рассказывать о личных переживаниях, вполне успешно делая вид, что ничего не было. Идеальную дружбу изображать оказалось не так и сложно, а к постоянно ноющему сердцу Джаред постепенно привык.


— Эй, Джаред, — кто-то окликнул его, и он остановил велосипед. Оглянулся и просиял, к нему бежала сестра Дженсена — Маккензи, которую он не так часто встречал в городе.
— Привет, ты откуда?
— С работы конечно, а ты?
— Тоже. Ты ещё похорошела, пока я тебя не видел. Давай провожу? — Джаред действительно был очень рад видеть девушку, они всегда неплохо ладили. Он знал, что во время свадьбы Дженсена она догадалась о его чувствах, впрочем, он бы не удивился, если бы все о них узнали, потому что скрывать боль тогда было невероятно сложно. Но она никогда не пыталась заговорить с ним об этом, за что он был благодарен.
Они шли, разговаривая о работе, о делах, о друзьях, обсуждали последние городские новости. Уже у её дома, собираясь прощаться, Маккензи спросила:
— А куда вы с Дженсеном на выходных собираетесь?
— В смысле куда? Он что, приезжает? — Джаред еле сумел справиться с шоком, вызванным у него этими словами. Одно имя друга заставило сердце перевернуться, и Джаред почувствовал, как тщательно оберегаемое душевное равновесие пошатнулось.
— Ну да, в субботу. Странно, он говорил, что написал тебе. Ох, может, брат хотел сделать сюрприз, а я проболталась? — Маккензи зажала себе рот руками. — Но да ладно, уже ничего не поделаешь.
— Нет, я давно не проверял почту, скорее всего просто не увидел письма. Я думаю, ещё увидимся?
— Увидимся, — они обнялись, и Маккензи убежала домой.
Джаред снова сел на велосипед, однако сейчас голову практически разрывало от тысячи мыслей. Дженсен приедет. Конечно, он был рад, но понимал, что следующие два дня придется провести в попытках убедить себя в том, что приезд друга ничего особенного не значит. Он абсолютно не был уверен в своих силах, но ему не хотелось снова вернуться в ту пучину отчаяния, в которой он находился где-то полгода после свадьбы Дженсена.
Дома он первым делом открыл почту, действительно найдя там сообщение. Согрел себе ужин, поел и бездумным взглядом уставился в телевизор. Отвлек его звонок телефона.
— Алло?
— Привет, милый! Как дела? Не отвлекаю?
Джаред постарался сосредоточиться на голосе своего бойфренда.
— Привет, Фрэнк. Да всё неплохо, устал немного.
Во время их разговора Джаред думал, как теперь быть, ведь он уже давно обещал парню эти выходные, но и проигнорировать друга, которого он мог потом ещё очень долго не увидеть, не мог. Да и не хотел. Несмотря на всё то, в чём он пытался себя убедить, Джаред невозможно хотел снова побыть рядом с Дженсеном, обнять его, почувствовать, как тот взъерошивает ему волосы, услышать голос. Он знал, что потом будет плохо, но хотелось хоть такой близости.
— Эй, что происходит с тобой?
— Слушай, извини, тут такая ситуация. Дженсен приезжает в субботу, я знаю, что обещал провести выходные с тобой, но не могу так поступить с другом, которого уже год не видел. Не знаю, что делать.
— Да ничего, я всё понимаю, — на том конце провода на несколько секунд воцарилось молчание. — Давай мы так сделаем: я приеду к тебе завтра, в субботу утром я уеду, а вечером вы приедете ко мне на выступление в бар. Может, так?
— Можно, — Джаред радостно подумал о том, что это лучший выход из положения. Он надеялся, что присутствие Фрэнка не позволит чувствам к Дженсену снова завладеть им. Может, в этот раз всё пройдёт лучше.
— Тогда завтра я приеду в восемь.
Проговорив ещё какое-то время, они попрощались, Джаред лег спать, долго ворочался и заснул только под утро.

— Привет! — Фрэнк, только зайдя в дом, собственнически поцеловал Джареда, отстраняя того от двери. Джаред сквозь подступающее возбуждение подумал о том, что надо бы закрыть за Фрэнком, но тот положил руку ему на пах, и все связные мысли быстро вылетели из головы. Все равно он никого не ждал, а просто так зайти было некому. Они устроились на диване, Фрэнк повалил его на спину и, лежа сверху, начал медленно расстегивать рубашку, глубоко целуя.
— Джаред, это я! — звук распахнувшейся двери и веселый голос заставили парней резко отпрянуть друг от друга. — Что у тебя дверь открыта? — вторую часть предложения произнесли гораздо медленнее и тише.
— Дженсен… извини, мы… — Джаред пытался хоть что-то произнести, глядя на растерянное лицо друга, однако все слова вылетели из головы. Он как в замедленной съемке видел Фрэнка, слезающего с дивана, какой-то обиженный и темный взгляд Дженсена и собственные трясущиеся руки, застегивающие рубашку в попытке скрыть возбуждение.
— Да нет, это вы извините, я не знал, что у тебя свидание, хотел сюрприз сделать. Зайди, когда сможешь, ладно? — зло произнес Дженсен, быстро развернулся и вышел из дома.
В комнате повисло молчание.
— Ты же говорил, что он завтра приедет?
— Он и должен был приехать завтра, — Джаред чувствовал, как у него дрожат руки, он ощущал себя безмерно виноватым, хотя и не должен был. Но единственным желанием было броситься следом, поговорить, оправдаться. Сделать хоть что-нибудь. Однако он не мог даже сдвинуться с места, лишь продолжал медленно застегивать рубашку.
— Подожди. Может, мы продолжим, раз он всё равно ушел? — Фрэнк положил ладонь на грудь парня и потянулся за поцелуем. Джаред быстро вывернулся и, стараясь сгладить свою резкость, мягко отстранил парня.
— Извини, я не могу. Дурацкая ситуация получилась. Я, наверное, пойду с ним всё-таки поговорю, мы ведь год не виделись. Ты меня простишь?
— Прощу. Тогда завтра встретимся в баре? — голос Фрэнка звучал сухо, однако он всё-таки обнял Джареда.
— Да, завтра всё в силе.
Когда Фрэнк ушёл, Джаред устало опустился на диван, закрыв лицо руками… и в очередной раз пообещал себе, что сумеет за эти выходные сдержаться и не проявить никаких недружеских чувств.
На следующий день Джаред пришел к Дженсену домой и вытащил того на прогулку. Дженсен несколько раз извинился за то, что вошел в такой неудачный момент, что сорвал свидание, и с радостью согласился пойти сегодня в бар на выступление Фрэнка. Он много расспрашивал Джареда о нем, и тому казалось, что радуется за них Дженсен как-то не очень искренне, однако они давно не виделись, и он мог просто забыть манеру общения. Тем более Дженсен не раз пожаловался на проблемы на работе, рассказывал о своей жене и непростых отношениях с её матерью. Джаред старался подбодрить друга, но он совершенно ничего не мог поделать с тем, что при каждом упоминании имени жены его сердце болезненно сжималось.
Дженсен постоянно лез обниматься, трепал его по волосам, сжимал плечо, а Джаред старался хотя бы не вздрагивать от каждого прикосновения. Он был очень рад, что их общение так легко восстановилось, что они не замолкали ни на минуту, обсуждая всё на свете, что они по-прежнему близки, несмотря на то, что год общались от случая к случаю. Дженсен много раз повторял, что он счастлив иметь такого друга, что обещает исправиться и не пропадать надолго, что никто не будет ближе, чем Джаред, а тот лишь радостно улыбался, понимая, насколько глупы были его мысли. Он ни за что не откажется от Дженсена лишь оттого, что потом будет больно. И пусть, но зато сейчас он видит счастливое лицо друга, наслаждается его близостью и запасается воспоминаниями на долгое время разлуки.
За разговором прошел весь день, и они едва не опоздали к началу концерта.
После окончания выступления к ним присоединился Фрэнк, который сразу стал собственнически обнимать Джареда. Тот пытался отстраниться, чувствуя себя некомфортно, однако Фрэнк настойчиво продолжал проявлять знаки внимания.
Когда тот вышел в туалет, Дженсен, потрепав Джареда по голове, сказал:
— Слушай, не стесняйся меня, что ты от него шарахаешься? Я всё понимаю, вы встречаетесь, не хватало только, чтобы вы потом поругались.
— Да я просто не очень люблю публичное проявление чувств, — Джаред, в свою очередь, приобнял друга, подумав, что, в общем, сказал правду. Он действительно не очень любил обниматься и целоваться при большом скоплении народа. Однако он прекрасно осознавал, что был бы самым счастливым человеком, если бы на месте Фрэнка был Дженсен, и принимал бы любые знаки внимания.
— Странно, никогда раньше не замечал, — Дженсен пьяно засмеялся и потянулся за новой порцией выпивки.
— Может, тебе хватит? — Джаред обеспокоенно посмотрел на стремительно уменьшающееся количество алкоголя в стакане.
— Да всё нормально. Почему-то хочется напиться, — Дженсен прямо посмотрел на него, а потом быстро отвел взгляд. Джаред почувствовал, как сердце сделало кульбит. В этом взгляде было что-то, чего он не видел уже очень давно и что в очередной раз давало ему надежду. Он вдруг понял, что готов ещё на одну попытку, хотя это, скорее всего, в очередной раз ничего не даст, и что он никогда не сможет отпустить и перестать надеяться, как бы ни пытался убедить себя в обратном.
В конце вечера Фрэнк уехал на такси, а друзья решили прогуляться до дома Джареда.
— Ну, спасибо, что провел со мной время, я очень скучал и был крайне рад тебя увидеть, — Дженсена немного покачивало, однако всё-таки он явно протрезвел за время прогулки.
— Может, останешься у меня ночевать? Что ты сейчас пойдешь домой, поздно уже, всех разбудишь. Оставайся, поболтаем как в старые добрые времена, — Джаред, затаив дыхание, ждал ответа. Ему безумно хотелось продлить очарование сегодняшнего вечера и ещё немного побыть с Дженсеном.
— Ну ладно. Только болтать я уже не могу, спать хочу, — Дженсен зевнул и прошел в дом, попутно хлопнув Джареда по спине, добрел до кровати и, сняв только ботинки, лег на неё.
— Я тогда постелю себе на диване.
— Да спи здесь, кровать-то двуспальная, чего ты будешь мучиться, — Дженсен сказал это и сразу же заснул.
Джаред лег рядом, не раздеваясь, понимая, что таким предложением он просто не может не воспользоваться, накрыл одеялом себя и друга, повернулся набок и начал просто рассматривать его. Он видел знакомые уже больше двадцати лет черты лица, слушал дыхание и чувствовал невозможную, невыносимую нежность. Ему невероятно хотелось прикоснуться, и он не стал сопротивляться, нежно проведя кончиками пальцев по обнаженной руке, стараясь не разбудить. Потом мягко коснулся волос Дженсена, дотронулся до его ладони. Почувствовав, как дыхание начинает сбиваться, он убрал руку и просто смотрел на спящего друга, понимая, что не заснет. Джаред не знал, сколько времени он провел, просто глядя на Дженсена, однако тот внезапно зашевелился и медленно открыл глаза.
— Ты чего не спишь? — хрипло произнес Дженсен, поворачивая голову в его сторону.
— Не знаю, — Джаред почувствовал, как тело среагировало на голос, и, стараясь не задумываться, протянул руку и коснулся шеи Дженсена.
Тот неподвижно лежал, и Джаред медленно коснулся кончиками пальцев его губ, но тут руку перехватили. Дженсен, держа его за запястье, недоверчиво посмотрел на него и спросил:
— Ты что делаешь?
Хватка была совсем несильной, поэтому Джаред, осторожно вывернув руку, положил ладонь Дженсену на грудь и почувствовал, как дыхание участилось. Ему казалось, что всё происходит во сне, таким нереальным это было, так долго он ждал возможности вот так коснуться и ощутить, как ладонь поднимается и опускается в такт дыханию. Всё ещё не веря в происходящее, он прижался к Дженсену.
— Ты чего? — дрожащим голосом спросил тот, однако не сделал ни одного движения, чтобы помешать, и Джаред, стараясь вообще ни о чем не думать, перекатился и навис над Дженсеном, опираясь на руки. — Ты же с Фрэнком.
— Мне всегда был нужен только ты, — Джаред прошептал это, дрожа всем телом, он прекрасно понимал, что Дженсен чувствует его возбуждение, и лишь сильнее прижался, наклоняясь к его губам.
— Джаред, я…
— Пожалуйста, я прошу тебя. Ты не представляешь, как давно я этого жду, ты так мне нужен, я так сильно люблю тебя. Я тебя хочу. Пожалуйста, — он шептал это буквально в сантиметре от губ Дженсена и был готов отдать абсолютно всё, чтобы их поцеловать. Джаред ждал этого уже больше десяти лет и сейчас мысль о том, что придется отстраниться, была невыносимой. Он боялся сделать последнее движение, но тут Дженсен, вздрогнув всем телом, сам впился резким поцелуем в губы. Джареду показалось, что он протрезвел и окончательно опьянел в одну секунду, отвечал на поцелуй, сталкивался языками с Дженсеном и каждое мгновение умирал от счастья. Руки уже не держали, поэтому он просто лег на Дженсена, продолжая целовать и положив ладони тому на шею. Он не представлял, что случится, если всё вдруг закончится, и поэтому начал стягивать с Дженсена рубашку, беспорядочно целовал щеки, шею, плечи, постоянно возвращаясь к губам. Через какое-то время, с трудом отстранившись, он все-таки снял мешающую одежду, а потом снова прижался к Дженсену в поцелуе. Он чувствовал, что тот возбужден не меньше, и потянулся руками к ремню.
— Подожди, — хриплый голос Дженсена заставил его поднять голову и встретиться с таким же опьяневшим от близости взглядом, — я не знаю, что надо делать, у меня ведь никогда такого не было.
Джаред почувствовал, как страх того, что Дженсен уйдет, рассеивается. Он снял с него брюки, лег рядом и поцеловал.
— Думаю, ты разберешься, что надо делать, а? — он постарался произнести это шутливо, однако всё равно с трудом верил, что это происходит на самом деле. Джаред не мог поверить, что человек, которого он ждал так долго, сейчас целует и обнимает его, что то, чего хотелось так долго — всё-таки случится.
Дженсен с тихим рычанием начал расстегивать ему джинсы. Когда они были полностью раздеты, он посмотрел на Джареда, спрашивая разрешения, а тот, обхватив его руками, прошептал:
— Я так люблю тебя, ты даже представить не можешь.
Ему показалось, что Дженсен хочет что-то ответить, однако в этот момент он вскинул бедра и все слова потеряли всяческий смысл. Джаред протянул Дженсену презерватив и смазку, а сам развел ноги, ожидая, когда тот, наконец, сделает хоть что-нибудь. Он видел, как жадно тот смотрит, сколько любви во взгляде и боялся, что все это лишь влияние алкоголя.
Впрочем, сейчас не это было важным. Гораздо более значимыми казались прикосновения губ и рук Дженсена, его неуверенный шепот и несколько неумелые действия руки там, внизу. Скользкие от смазки пальцы то беспорядочно двигались, изредка выскальзывая и вновь находя вход, то надавливали изнутри, и в сочетании с осознанием того, кто именно подготавливает его, Джареду это казалось таким восхитительно-правильным и возбуждающим, как ничьи действия до этого.
— Скажешь, когда…? — один лишь хриплый от возбуждения голос Дженсена сам по себе мог подвести к грани оргазма. Поэтому, услышав вопрос, Джаред смог выдавить из себя лишь нетерпеливый стон и согнуть ноги в коленях, обхватив их руками, максимально раскрываясь перед Дженсеном. Тот правильно понял намек, торопливо раскатал презерватив по члену и вошел одним толчком, негромко выругавшись сквозь зубы.
Было больно, но Джареду все равно казалось, что он на вершине блаженства. Он вцепился в плечи нависающего над ним и быстро толкающегося Дженсена и вглядывался в его искаженное наслаждением лицо, стараясь не упустить ни малейшей детали, как можно точнее запомнить изгиб приоткрытых губ, медленно катящуюся по виску каплю пота и, главное, горящие страстью глаза. Оргазм накрыл резко и сильно, стоило только Дженсену наклониться к его губам и поцеловать — да и тот продержался ненамного дольше.
А потом Джаред прижимался к груди обнимающего его одной рукой Дженсена и всеми силами старался не заснуть, слушая размеренное дыхание и ощущая долгожданное тепло.
Утром, проснувшись, Джаред первым делом посмотрел на другую половину кровати, чувствуя какое-то невозможное счастье, однако там никто не лежал. Он услышал звон тарелок на кухне, и сердце пронзило неприятное предчувствие. Но не может же это закончиться так?
Он вышел на кухню и увидел Дженсена, который, уже одетый, варил кофе. Тот обернулся на шаги, и Джаред практически всё прочитал в его взгляде.
— Доброе утро! Как спалось? — как можно бодрее проговорил он, лихорадочно размышляя, что делать.
— Хорошо. Иди одевайся, я завтрак приготовил, — сухо произнес Дженсен, не глядя в глаза.
Джаред попытался поцеловать его, однако тот отвернулся, ещё раз сказав, что ждет за столом.
Они молча поели, а потом Дженсен заговорил, и Джаред услышал всё то, что и так понял, проснувшись в одиночестве. Что всё произошедшее между ними было ошибкой, что Дженсен был пьян и невероятно сильно извиняется, надеясь на то, что это не помешает отношениям Джареда и Фрэнка, что поступил глупо и такое больше не повторится, что женат и просит забыть, ведь это ничего для него не значит.
Джаред чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы, но так просто отступать он не хотел.
— Я никогда не смогу забыть того, что было. Я люблю тебя. И я снова не понимаю, что происходит. Я же видел твои глаза ночью. Не делай этой ошибки, пожалуйста, ты же знаешь — я сделаю всё, чтобы ты был счастлив, — говоря всё это, он несколько раз хотел дотронуться до Дженсена, однако тот пресекал эти попытки.
— Я уже всё тебе сказал. Знаешь, если всё обстоит так… тогда я предлагаю нам не видеться до тех пор, пока ты по-настоящему кого-то не полюбишь. Мы можем общаться по интернету или телефону, но личные встречи сейчас будут лишними. Ты всё равно останешься моим лучшим другом, Джаред. А теперь я поеду, — Дженсен закрыл глаза и крепко обнял его.
Джаред обреченно обнял в ответ. Он снова чувствовал, что что-то не так, что его обманывают, но опять не знал, как удержать и что сказать. Тем более кому, как не ему, знать невозможное упрямство друга.
— Мне пора. Я надеюсь, мы скоро увидимся, — хрипло произнес Дженсен, быстро пересек помещение и вышел из дома.
Джаред, конечно, заметил слезы у того на глазах, но он знал, что разговаривать бесполезно. И что теперь ему делать — непонятно. Всё так же, как и тогда.
Он лег на диван, уставился в потолок, стараясь понять причину всего происходящего. Джаред знал, что видел любовь в глазах друга ночью и её отблески сейчас, но он снова наткнулся на стену, когда она явно не должна была появиться. Должна была быть причина, и ему очень бы хотелось понять какая. Но как это сделать?

Видимо, все было обусловлено нервным стрессом, но на следующий день Джаред свалился с температурой под сорок. Голова нещадно болела, он засыпал каждые двадцать минут, однако был благодарен своему организму, потому что на мысли о Дженсене сил практически не осталось. Джаред с трудом вышел в аптеку и магазин и, вернувшись, с чистой совестью провалился в блаженное забытье.
Из этого состояния его вывел стук в дверь. Принимать гостей он точно не собирался и уже решил залезть под одеяло и еще поспать, как услышал голос Дженсена.
— Джаред, нам надо поговорить, открой, пожалуйста.
Разговаривать Джареду сейчас не хотелось, да и видеть Дженсена тоже. Он очень устал от безнадеги в своей жизни, температура заставляла злиться и хотелось совершить что-то необдуманное. Например, позвонить Фрэнку и укатить с ним в кругосветное путешествие.
Стук не прекращался, и поэтому Джаред как можно громче произнес:
— Дженсен, я не принимаю гостей сегодня, давай потом поговорим. А если ты хочешь еще раз извиниться, то можем больше это не обсуждать, я и так все понял.
Стук на секунду затих, но тут же раздался с новой силой.
— Джаред, я знаю такой голос, немедленно открой дверь, а то я ее вышибу, не сомневайся.
Джаред не сомневался, Джареду хотелось плакать или драться, но все-таки жалость к двери победила, и он поплелся открывать.
— Чего тебе? — хмуро прошептал он, оглядывая разъяренного Дженсена. — Вылечусь я самостоятельно, а о том, что мы с тобой только друзья, я больше слышать не хочу. Свали, а?
Дженсен пропустил его слова мимо ушей, оттолкнул плечом, чтобы пройти, не забыв подхватить под локоть, когда Джаред покачнулся, и отвел в кровать. Наверное, если бы Джареду не было так плохо, он бы сделал хоть что-то, однако сейчас он просто беспомощно забрался под одеяло.
Дженсен потрогал лоб, поцокал языком и достал лекарства.
— Выпей сейчас же. Знаю, что ты таблетки ненавидишь, но надо.
— Отвали. Я спать хочу, — Джаред хотел добавить еще что-то обидное, но в эту же секунду провалился в сон.
Проспал он пять часов и немало удивился, увидев сидящего рядом с кроватью Дженсена.
— Тебе не пора домой? Жена ждет, — непонимающе протянул Джаред, удивленно смотря на термос, стоящий на тумбочке.
— Это куриный бульон, поешь, пожалуйста, — Дженсен сел рядом и прикоснулся губами ко лбу Джареда. Тот удивленно отстранился, пробормотав о том, что не хочет заразить. Дженсен рассмеялся и внезапно взял его за руку, переплетя пальцы.
Джаред уже не знал, что и думать, рассматривая как наиболее реалистичный вариант тот, где он спит, а все происходящее ему мерещится. Дженсен держит его за руку, Дженсен не шарахается, такого просто не могло быть на самом деле. Он послушно выпил бульон, не отнимая руки, решив взять от этого морока как можно больше, раз уж настоящий Дженсен устраивает цирк.
— Джаред, выслушай меня, — мягко сказал Дженсен, отводя ему прядь и протирая мокрый лоб. — Пожалуйста. Я дурак.
Джаред внезапно понял, что это не сон, и, разозлившись, отнял руку. В конце концов сейчас Дженсен из жалости за ним поухаживает, а потом скажет свои коронные слова про ошибку.
— Ты не дурак, ты просто меня не любишь, и предлагаю на этом тему закрыть. Езжай домой, я справлюсь, или родители приедут в случае чего, не переживай, — Джаред отвернулся и тут же почувствовал, как кровать прогнулась под дополнительным весом. Дженсен лег рядом и положил руку ему на грудь.
— Я развелся уже три месяца назад и не должен был жениться вообще. Я сделал это, чтобы окончательно поставить точку на нас, но не смог. Я хотел тебе не писать, но писал. Я не могу тебя вычеркнуть из своей жизни, Джаред, я тебя люблю очень давно.
Джаред не знал, что и говорить. Мысли путались, и он не понимал почему: от слов Дженсена, от температуры или оттого, что услышать такое после стольких лет безответной любви было даже обидно.
— Зачем врал тогда? Только вчера мне про жену рассказывал, — удивленно переспросил Джаред, пытаясь хоть как-то разобраться в происходящем.
— Потому что по-прежнему пытался не допустить. И вчера попытался, но после того, что было… я не могу. Я так привык к мысли, что ничего не будет. Я всеми силами отказывался от тебя, но больше не буду. Ты все перевернул во мне в очередной раз.
— И почему отказывался? — после долгой паузы спросил Джаред.
— Это очень глупо на самом деле. После того как ты мне признался тогда на веранде, мы с тобой шли за руку, и нас увидела мама. Она не устроила мне скандал, мы просто сели за стол, и она, плача, попросила меня подумать над тем, зачем я это делаю. Сказала, что ей будет стоит больших трудов понять, но отец и вся остальная семья даже не попытаются. Что отец может запретить мне видеть сестру. Что потом мне будет трудно в жизни. Мне тогда было шестнадцать, Джаред, и я до сих пор корю себя за то, что прислушался. Я испугался своих чувств к тебе и подумал, что лучше нам и правда остаться друзьями, я не знал, что делать, и не хотел идти против родных людей. Со временем я убедил себя, что поступил правильно, разорвав отношения, и сбегать от твоих прикосновений стало привычкой, — Дженсен замолчал, поглаживая Джареда через ткань футболки.
Тот очень долго молчал, а потом скинул руку Дженсена и хрипло произнес:
— Охренеть. То есть ты раз за разом намеренно делал мне больно, знал, как я к тебе отношусь, и продолжал этот спектакль? Ладно, я действительно понимаю тебя шестнадцатилетнего. Но потом? Дженсен, ты уже живешь отдельно, лучшая подруга твоей сестры — лесбиянка, а родители давно не имеют права ничего решать за тебя. И зная все это, ты столько времени посылал меня в попытках поговорить, оттолкнул на свадьбе, когда я полез целоваться? Женился, чтобы убедить себя в том, что нормальный? — Джаред дождался виноватого кивка Дженсена и разозлился еще больше. — Не было мысли хотя бы обсудить со мной свои комплексы? Мы же вроде как друзья, Дженсен. Ты видел, как я мучаюсь, знал, что я тебя люблю и страдаю от твоих отказов — и никакое сочувствие не проснулось?
— Джаред, я был уверен, что поступил правильно, что если я пойду навстречу, то все принесенные мною жертвы будут напрасными.
— Твои жертвы? — Джареду было жаль, что он не может орать и что удар выйдет несильным из-за слабости. — Твои?
— Прости, пожалуйста, — Дженсен прижался к Джареду и извиняюще заглянул в глаза. — Мне действительно нечем оправдаться. Я сейчас шел к тебе и не знал, почему мысль, что я — идиот, не пришла мне в голову раньше.
— Что ж, я рад, что настолько хорош в постели, раз это тебя наконец переубедило. Жаль, что все предыдущие десять лет моих страданий тебя не тронули, но что уж теперь говорить, — Джаред отвернулся, смаргивая подступившие слезы и натягивая одеяло. Снова нестерпимо захотелось спать, ему нужно было дать себе время. Он всегда думал, что побежит за Дженсеном, если тот предоставит шанс, но сейчас чувствовал лишь злость, отчаяние и желание все послать.
Дженсен обнял Джареда со спины и, уткнувшись в шею, проговорил:
— Я люблю тебя. И теперь моя очередь бороться за нас, я тебя больше не отпущу, Джаред. Теперь всё мое хваленое упрямство будет направлено на то, чтобы добиться твоего прощения. И ты же знаешь, я добьюсь.
— Иди к черту, а? Я хочу спать и надеюсь не увидеть тебя, как проснусь, — Джаред сказал это, уже проваливаясь в сон, но почувствовал, как Дженсен прижался к его уху губами, несильно прикусил и прошептал:
— Я буду здесь, Джаред.
Уже совсем засыпая, Джаред почувствовал, как прохладные пальцы Дженсена обхватили его ладонь, и автоматически сжал их в ответ.


@темы: J2-AU Fest 2016, NC-17, R, авторский фик, день шестой, команда Настоящего, основная выкладка, слэш

Комментарии
2016-09-27 в 13:31 

chemerika
Монстр недельный
Редкий камень и очень даже неплохо ограненный!
И жизненной правды сколько хочешь.
Спасибо! Удовольствием было читать.
читать дальше
Но это все имха.

2016-09-27 в 15:45 

К.А.Н.
В борьбе между страхом и любовью всегда побеждает любовь...
Хорошо, что Дженсен все-таки понял, кто для него Джаред).
Надеюсь, у них будет все хорошо).
Спасибо! :heart:

2016-09-27 в 23:06 

Ну, Дженсена действительно сложновато понять, особенно после совместной ночи, было же время подумать. Даже не знаю что вижу в открытом финале, счастья героям хочется, но мне Дженсне не понятен.
Спасибо.

2016-09-27 в 23:34 

uma-47
И причин миллион горячее пить вино. По обе стороны нет никого.
Странная штука — человеческое сердце, предел его наступает подчас как-то вдруг, и то, что, казалось бы, должно принести радость осуществления желания, мечты, не дает этого, то ли от того, что, привыкнув ждать и не надеяться, ничего другого уже не умеешь, то ли просто растратилось сердце на тоску и ожидание, не помня уже другого. Спасибо автору и счастья таки героям (а вдруг)!

2017-01-02 в 01:24 

mada@yandex.ru
Мы приходим в этот мир чтобы любить!
Понравилось ?.. 50/50

   

AU-FEST

главная